Потрясающие истории: Без всяких причин

imagesCAGM8OEY(Третья версия рассказа о попытке поездки Бааль-Шем-Това в Эрец-Исраэль)
Как-то раз Бааль-Шем-Тов, его дочь Адель и секретарь р. Цви Софер отправились в поездку в Эрец-Исраэль. Недалеко от Стамбула капитан корабля устроил им «сюрприз»: судно бросило якорь возле одного из островов, и он объявил пассажирам, что собирается простоять там два дня, пока не закончат починку судна. Многие сошли с корабля подышать свежим воздухом и отдохнуть от дороги. Бааль-Шем-Тов, его дочь Адель и секретарь р. Цви также сошли с корабля.
Тогда капитан приказал матросам немедленно поднять якорь и плыть дальше. В результате многие из пассажиров, включая БеШТа и сопровождавших его, остались на острове как были, без ничего – все их вещи остались на отчалившем корабле.
Пока они искали дорогу в человеческому жилищу, на них напала дикая банда разбойников. Они связали их и уселись перекусить.
И сказал рабби Исраэль своему секретарю, чтобы тот напомнил ему какую-либо строфу из Торы, т.к. он все забыл и не может вспомнить даже одну букву Торы,. Но р. Цви обнаружил, что и он ничего не может вспомнить, кроме еврейского алфавита… И сказал ему Бааль-Шем-Тов: напомни мне алеф, бет и Б-г Благословенный нас спасет. Они стали очень сосредоточено произносить весь еврейский алфавит и повторяли его много раз подряд, пока к БеШТу не вернулась вся его полнота знания Торы.
Вдруг к ним подъехала карета, в которой сидели люди султана, они схватили бандитов и связали их, а пленных освободили и отпустили на свободу.
После многих мучений путешественники добрались до Стамбула и нашли себе жильё в одном из еврейских кварталов. Бааль-Шем-Тов тут же ушел в синагогу и в уединении стал учиться, день за днем. Шло время, приближался Песах, а у цадика и его «свиты» не было ничего – ни мацы, ни вина или чего-то другого, необходимого для этого праздника. Однако БеШТ был полностью уверен в том, что Б-г Благословенный не оставит его без всего небходимого для Песаха.
И вот в канун Песаха, уже после полудня, на улице, на которой поселился Бааль-Шем-Тов, появился еврей из Польши и стал выяснять у встречных им людей, где здесь живет цадик. Ему показали жильё рабби Исраэля, и «поляк» вместе со своей женой пришёл туда. Адель, дочь БеШТа, отнеслась к ним гостеприимно и пригласила их в дом.
Гость спросил ее, не могут ли он с женой также остановиться в их доме на некоторое время, на что получил ответ, что да, разумеется, тут есть много комнат, но у неё нет ничего для Песаха.
Ответил ей «поляк»: ни о чем не беспокойтесь, у нас есть все, что нужно для праздника, и для вас, и для нас, и все уже полностью готово. Вошли слуги и внесли в дом их вещи и все, без чего нельзя обойтись в этот праздник, даже красивая посуда для пасхального седера была поставлена на стол..
Бааль-Шем-Тов, вернувшийся из синагоги после вечерней молитвы, был очень обрадован такому повороту событий. Седер проходил в приподнятом настроении, и после второго стакана вина цадик протянул гостю руку и сказал: я знаю твои намерения, и знаю, что ты следовал за мной в Стамбул, и поскольку ты бездетен и жаждешь получить благословение на рождение детей. Так вот: за то, что ты буквально вернул к жизни меня и моих сопровождающих, я клянусь, что эта твоя жена родит тебе сына!
И тут же Бааль-Шем-Тов услышал, что Наверху объявили, что он потерял свою долю в грядущем мире, так как этой клятвой он «заставил» Б-га изменить порядок в мире – ибо пара были бесплодна и не могла иметь детей… Услышав это провозглашение, цадик … очень обрадовался и воскликнул: «слава Б-гу! Теперь я смогу служить Творцу совершенно бескорыстно!»
И тут же он услышал новое объявление, что Наверху решено, что поскольку он служит Всевышнему без всякой корысти – ему причитается доля в грядущем мире.
Решимат дварим 2, ст. 21

Непростой «простой»
«Падание разума» у цадика – тема глубокая. Рабби Нахман из Брацлава, правнук БеШТа, свидетельствует о себе, что у него бывали периоды, когда он ощущал себя абсолютным невеждой, не знающим ничего. И еще он сказал, что это его состояние «ничегонезнания» стоит выше всего знания, открываемого им в тот период, когда он «да знает».
В другом месте он объясняет, что спуск праведника вниз нужен для того, чтобы при последующем подъеме он мог поднять вместе с собой тех, кто опустился в самые низкие места реальности. Поэтому рабби Исраэль спустился еще ниже, чем его секретарь, помнивший, по крайней мере, буквы алфавита, подобно ребенку, учащемуся в хейдере.
Любавичский Ребе объясняет это иначе: случившееся с Бааль-Шем-Товом учит нас, насколько велико достоинство простоты и чистоты самой внутренней «точки», сути, иудаизма (выраженных здесь в простых буквах еврейского алфавита) – даже без облачения в Тору и мицвот. Это мы можем увидеть в самом факте, что спасение БеШТа пришло не благодаря великой мудрости и знаниям этого выдающегося праведника, а только благодаря его простой и чистой вере. Это самый подходящий «сосуд» для такого чудесного спасения.
Тем, что Бааль-Шем-Тов не упал духом после того, как у него забылась «вся его Тора», он доказал, что даже во время падения у него продолжает «светить» сама цель постижения Торы. Вся его Тора связана с самой глубинной «точкой», сутью иудаизма, поэтому он вовсе не ощущает падения в «быть простым евреем» – если так захотел Творец.
По той же причине БеШТу всегда было присуще привечать и ценить простых евреев, связанных своей искренней верой с самой сутью Благословенного Б-га – без какого-либо знания и постижения. И, как передают от его имени,: «свет самой сути ]Всевышнего[ у простых евреев больше, чем у изучающих Тору».

«Заселяй землю и питайся верой»
И в этой истории, как и в других, можно видеть, как Эрец-Исраэль издали ярко светила Бааль-Шем-Тову, хотя он и не удостоился добраться до нее.
Наибольшее раскрытие света в простых евреях происходит в Эрец-Исраэль. Это земля, почва которой свята, и самая простая «материальная» жизнь в ней обнаруживает удивительную святость. Эрец-Исраэль – место, не нуждающееся в одеяниях святости, потому что она сама свята и светит.
Один из великих хасидов Хабада, рабби Айзик из Гомеля, сказал, что в Эрец-Исраэль не будет необходимости в служении итбоненут (вдумчивое глубокое размышление). Когда мы удостоимся прийти на эту землю как следует и полностью, все в ней станет совершенным и сама ее природа станет «светить»..
Замечательную историю рассказал Ребе Маараш из Любавичей (пятый Ребе Хабада) о простых и святых евреях Эрец-Исраэль. Она подобна рассказанной выше истории о БеШТе – в особые минуты его «простоты»:
В одном из сел, расположенном в окрестностях Иерусалима, жил простой еврей, который не учил Тору и не понимал смысла слов, написанных в сидуре. Более того, он даже не знал порядок молитв – что нужно молиться сегодня, а что не нужно. Зарабатывая на жизнь продажей на рынке овощей и фруктов, он один раз в неделю приезжал для этого в город. Закончив дела, он обязательно заходил к одному из раввинов Иерусалима, который писал ему распорядок на следующую неделю: что нужно читать по сидуру в каждый день недели.
Объяснить ему правило, что в все будни молятся одинаково, кроме «гимна дня», который в каждый день другой, и кроме добавлений, читаемых в понедельник и четверг; и что в шабат молятся иначе – было невозможно никоим образом, потому что он тут же начинал путаться и не мог найти в сидуре «ни рук и ни ног». Поэтому раввин был вынужден ему писать отдельно расписание порядка молитв на каждый день.
Однажды он пришел в один из дней осеннего месяца Хешван к раввину и попросил его, чтобы тот расписал ему порядок на несколько недель вперед, так как дороги размыты дождями, их развезло, на них грязь и слякоть, и он не сможет приезжать в Иерусалим каждую неделю. Раввин выполнил его просьбу.
Но получилось так, что уже на следующую неделю он был вынужден приехать в город. В Иерусалиме он к своему изумлению обнаружил, что все лавки евреев закрыты. Испугался еврей: неужели он не дай Б-г ошибся в расчётах и сегодня шабат? Он задумчиво задержался немного возле своего осла и вдруг увидел одного еврея, идущего на улице с тфилином и талитом подмышкой. Тогда он немного успокоился, поняв, что сегодня не суббота. И все же он продолжал стоять и поражаться: что за день сегодня? Приблизившись к тому еврею, он спросил, что все это означает. И услышал в ответ, что сегодня всеобщий пост.
Поразился сельский житель, что раввин не написал ему ничего о посте в эти дни, и его сердце наполнилось печалью, что он согрешил в двух вещах: ел в день поста и не молился, как молятся в день всеобщего поста.
Он оставил своего осла и повозку на базаре и побежал к дому раввина, но не нашел его дома. На его вопрос, где раввин, ему ответили домашние, что тот в синагоге. В синагогу он вбежал уже в большой панике, подошел к раввинау и разрыдался: мыслимо ли это, рабби, что Вы учинили мне такое ?!
Раввин не понял, о чем речь, и спросил: в чем дело, сынок? Как «в чем дело»? – ответил крестьянин – ведь сегодня пост, а Ваша честь ничего не написала об этом, и я согрешил дважды – как в еде, так и в молитве!
Сказал ему раввин: «успокойся, сынок, это не постоянный день поста, а пост из-за засухи, который постановили в Иерусалиме».
«А что это – спросил сельчанин — пост из-за засухи?»
Объяснил ему раввин, что если не идут дожди и есть опасение, что год будет голодным, устанавливают пост и молятся Б-гу, чтобы пошли дожди.
Удивился крестьянин: «разве нужно ради этого устраивать пост?»
«А что же – спросил его Рав – мы должны по-твоему делать?»
Ответил крестьянин: «я, когда у меня на моем поле не идут дожди, выхожу на участок и говорю Б-гу: Отец (Татэ – на идиш), мне нужны дожди! И начинают идти дожди».
Услышав его слова, сказал ему раввин: «что ж, пойди и попытайся помолиться так и здесь».
Сразу же вышел сельчанин во двор синагоги, начал плакать и сказал: «Татэ, разве можешь Ты допустить, чтобы Твои дети умерли с голоду – не дай Б-г – в Твоем святом городе?! Разве Ты не видишь, что они нуждаются в дождях!» И тут же пошел долгожданный дождь.
В том удивительном событии, произошедшим с БеШТом (что он забыл всю Тору) можно увидеть дополнительный аспект связи со святостью Эрец-Исраэль. Можно сказать, что это была подготовка к раскрытию для него Торы Эрец-Исраэль. Нечто похожее рассказывается в Талмуде о рабби Зеира, постившемуся сто раз ради того, чтобы забыть Вавилонский Талмуд (образ мысли Вавилона, не Законы Торы) перед тем, как начать учить Тору Эрец-Исраэль.
Согласно нашему методу можно сказать, что если у рабби Зеира его забвение было подготовкой к «новой Торе», которую он собирался учить в будущем в Эрец-Исраэль, то у БеШТа забвение было как подготовкой, так и «самой новой Торой», которую он получил от света Эрец-Исраэль. Как уже было сказано, источник святости, «просто» проявляющийся в «простом скромном еврее» (в котором нет «ни Торы, ни высоких постижений») – Эрец-Исраэль.

(Из книги рассказов Р. И. Гинзбурга «Свет Израиля» 3, 211) Перевод Ш. и А. Кочубиевские

http://kabbala2all.ru/

Запись опубликована в рубрике Вместе с праведниками. Добавьте в закладки постоянную ссылку.